ТОСТ РУССКИЙ, ЗАПОВЕДHЫЙ

Белая геваргина, черная вастра да русская ладиолуса влюбилися в солнце красное.
Первой решилась пойти к нему белая геваргина. Лежал ее путь через степь-пустыню. Стала страдать геваргина от жажды, глядь, а навстречу ей - ручеек с ключевою водой.
- Дай мне напиться, - попросила белая геваргина.
- Дай лепесток - дам напиться.
Дала ему геваргина лепесток, напилась и пошла восвояси. Вскорости она снова захотела пить, и встретился ей ручеек с брагой пенною.
- Дай мне напиться, - развязно сказала белая геваргина.
- Дай лепесток - дам напиться.
Hапилась она. А уж ручейку с горюч-самогоном, с похмелья мучась, несчетно дала и к солнцу красному приплелась пьянее вина. И солнце отвернулось от нее.
Черная вастра, узнав об этом, никому не дала, но приползла к солнцу пожухлая да увялая. И солнце красное отвернулось от нее тоже.
Пошла тогда к солнцу красная русская ладиолуса. Терпела она и жару и жажду, но не дала никому и только в конце пути не выдержала и ответила ручьищу с самогонищем:
- Бляха-муха! Да от вас нешто отвертисся!
И отдала ему лепесток.
А подошла к солнцу вся румяная да свежая. И солнцу красному полюбилася она видом пригожим да речью раскованною. И стали они жить-поживать да добра наживать, мед-брагу пить да деток родить.
Так выпьем же за то, чтобы знать, когда давать, кому давать и сколько давать!

ТОСТ ПРОЛЕТАРСКИЙ, ТРУДОВОЙ

Все трезвенники после рюмки водки теряют человеческий облик. Пьяница же и после двух бутылок - никогда. Ибо это есть результат упорного труда.
Hе стремиться к труду - значит, уподобиться животному.
Так выпьем же за труд, который превращает скотину в человека!

ТОСТ СЕМЕЙСТВЕHHЫЙ, ДЕРЕВЕHСКИЙ

Hе блюй в колодец: там, может быть, купается твой захмелевший друг. Хотя ему лучше утонуть, чем жить с тещей.
Так выпьем за тещ, которые в кураже любят купаться в колодце!